3. Изменения государственной жилищной политики в условиях шоковой терапии

Сегодня многие из западных деятелей пытаются приписать себе сомнительные заслуги в развале СССР. Но, судя по всему, ни диссидентствующие горлопаны, ни их зарубежные подстрекатели вовсе не рассчитывали, что это может произойти так быстро. Иначе США успели бы пересмотреть свою политику в отношении арабских стран – поставщиков нефти.

Можно сказать, что распад СССР и последовавшие за ним годы экономического и политического беспредела, стали результатом того, что советское руководство слишком затянуло с переходом к новым экономическим отношениям и новой идеологии.

«Мышка бежала… хвостиком махнула…»

Мышкой бесхвостой в данном случае выступил политический авантюрист Ельцин, волею случая оказавшийся на вершине властной иерархии. Этот «государственный деятель» умел лишь ставить в тупик всех окружающих неприкрытой наглостью и хамской развязностью.

Но в его геополитических «рокировочках» Госстрой СССР занимает особое место. Именно здесь отсиживался Ельцин, после того, как, по настоянию Лигачева («Борис, ты не прав!»), его сняли с должности первого секретаря Московского горкома партии.

Все-таки по прямой специальности Ельцин – строитель. Поэтому удобнее как раз на примере Госстроя интерполировать те общие процессы разложения, которые происходят и с другими исполнительными структурами второго уровня власти, когда им подаются заведомо ложные сигналы, не совпадающие с глобальными задачами государственного управления. Госстрой был создан и существовал как управленческий орган отрасли, в обязанности которого входила задача формализации сигнала от высших эшелонов, оказавшихся захваченными совершенно не готовыми к такой ответственности авантюристами.


* * *

Вместо того, чтобы на государственном уровне стимулировать предложение в области жилищного строительства сектором государства в лице практически не работавших на производстве деклассированных элементов, предпринимается ряд последовательных шагов, отбрасывающих всю строительную отрасль России к началу 30-х годов прошлого столетия.

На начало 1998 г. весь жилищный фонд России составил 2 млрд. 751 млн. кв. м. По сравнению с уровнем 1990 г., он увеличился на 13,4%. Это более 54 млн. квартир и частных домов на 146,3 млн. человек постоянного населения страны.

Львиную долю из этих объемов возвели государственные жилищные тресты до 1993 года включительно на продолжавшемся по инерции государственном финансировании по такой же инерции ожидаемого выполнения программы «Жилье-2000», поскольку до нее страна не имела опыта беспрецедентного провала правительственных решений. Именно эта инерция финансирования свидетельствует: сами политические авантюристы тоже не ожидали, что столь внезапно окажутся у руля огромной державы.

Особый интерес представляет комплекс негативных последствий, как для всей строительной отрасли в целом, так и для ее основных потребителей, от внедрения через систему Госстроя лишь одного ложного сигнала – Постановления № 18-11 Государственного комитета Российской Федерации по жилищной и строительной политике «О теплозащите строящихся зданий и сооружений».

Введение данного Постановления совпало с периодом длительных неплатежей бюджета наиболее крупным предприятиям строительной индустрии за поставленную и отгруженную продукцию. К примеру, в Ижевске с крупнейшими трестами и с домостроительным комбинатом государство расплачивалось в 1999 г. без какого-либо индексирования за объемы, выполненные в… 1993 г. Подобными задержками финансирования уже был нанесен значительный ущерб всей отрасли.

Впервые Постановление Госстроя было настолько непродуманны и, абсолютно не увязанным с существующей нормативно-технической системой. Никогда раньше Госстрой, в обход профилирующих строительных НИИ, не давал регламентирующих поправок в действующие нормы. Это не входило в его обязанности! Да, нормы утверждались Госстроем, но сам Госстрой не имел права выпускать никаких поправок, касающихся строительных расчетов, не обоснованных научно, не прошедших практической и аналитической апробации.

Постановлением не только без всяких пояснений и доказательств были внесены грубейшие поправки в СНиП II-3-79 "Строительная теплотехника" в виде пресловутых изменений №3. Постановление прямо запрещало привязку земельных участков исполнительным органам власти под жилищную застройку флагманам строительной индустрии – домостроительным комбинатам.

Писали это Постановление – «уголовники», отлично понимающие, что начнется с остановкой ДСК. Только заводская продукция может быть в массе доступной. Полноту масштабов разрушительной силы этого неправомерного управляющего сигнала на сегодня даже сложно определить.

Что такое остановить ДСК хотя бы на месяц? Причем, в условиях задержек зарплаты в среднем на восемь месяцев по строительной отрасли? Кто-то скажет, что это был просто «необдуманный шаг»?

Все формы для отливки железобетонных конструкций выстелены изнутри медными пластинками. СССР, даже в период официального разрыва с режимом Пиночета, закупал чилийскую медь и бериллиевую бронзу для нужд жилищного строительства через скандинавские страны. В Архангельске после остановки ДСК буквально на год констатировали, что вновь запускать уже нечего. Не зря же избавившаяся от «советской оккупации» Эстония стала на сегодня крупнейшим поставщиком цветных металлов на мировом рынке, не имея ни одного месторождения и обогатительного комбината.

С момента принятия данного Постановления, начинается, так называемый новый этап весьма интересной программы «Энергосбережение – 2000». Все «странности» этой «программы» до неприкрытого предательства совпадают с интересами зарубежных производителей теплоизоляционных материалов, которые в этот момент были вынуждены выносить вредные производства с территории Германии и других государств, чьи правительства приняли экологические запреты на вредные производства.

В нарушение нормального теплотехнического расчета – в СНиП вставляется практически не связанная с общим текстом таблица 1а и 1б, по которой Постановлением регламентировалось принимать приведенное сопротивление теплопередаче ограждающих конструкций в зависимости от градусо-суток отопительного периода для различных типов общественных и жилых зданий.

Повторю, что за весь период существования нормативной системы строительства – еще ни разу не выходило правительственных Постановлений, регламентировавших тот или иной вид расчета. Всем было вполне достаточного соответствующих СНиП, указаний и справочных пособий к СНиП, выпускавшихся профилирующими научно-исследовательскими институтами.

Постановление категорически обязывало непременно пользоваться указанными таблицами, поскольку нормальный теплотехнический расчет давал совершенно иные результаты. При расчете по таблицам получалось, что индустриальные сплошные кирпичные стены, «для соответствия стандартам Северной Европы», необходимо было принимать шириной, равной не менее… 4 метров, а стеновые панели крупнопанельных зданий – толщиной не менее полутора метров.

Будто бы в Европе куда лучше знали, как следует проводить теплотехнические расчеты на территории России. Последовавшие затем обрушения покрытий, возведенных в том числе и немецкими строителями, показали, что они не только не знакомы с российской климатикой, но в своих расчетах даже снеговую нагрузку приняли в три раза меньше российских нормативов. Поэтому все ссылки на «приведение норм к передовым зарубежным стандартам» были изначально лживыми. Отчего-то правительству надо было непременно остановить производство сборных железобетонных конструкций и нормального индустриального ограждения.

Следует отметить, что в конце 80-х годов в бывшем СССР была принята аналогичная, но более продуманная и увязанная со всеми стратами нормативного пространства ресурсосберегающая политика:

- в климатических зонах, начиная с 3-го климатического района, принималось трехслойное остекление;
- толщина кирпичных стен увеличивалась на полкирпича.
- ДКС регламентировалось приступить к освоению трехслойных панелей ограждения для крупнопанельных сооружений.

Постановление № 18-11 запрещало строительство кирпичных зданий по существующим нормам, прекращало закладку крупнопанельных зданий наиболее востребованных на рынке жилья панельных серий.

На уровне правительства в первую очередь были остановлены все цеха нестандартной оснастки ДСК, - основа совершенствования серийного производства. Более того! На уровне правительства были заморожены все программы перехода на трехслойное остекление. Отечественные деревянные стеклопакеты – дешевые и экологичные, не вызывающие астматических и легочных заболеваний – оказались опасными в конкурентном отношении зарубежным пластиковым окнам. Принятое Постановление № 18-11 не было увязано с существующей нормативной системой, поэтому органы Госстроя не могли более 2-х лет выдать нормальные рекомендации по устройству теплоэффективного ограждения даже для кирпичных стен. Это остановило проектирование почти на три года! В результате, перешли к неиндустриальным видам облегченных кладок и вентилируемых фасадов, снизивших достигнутую в СССР долговечность жилья на 50 лет.

В связи с поспешно заявленной Правительством программой «Энергосбережение – 2000» характерен и такой пример. Вышедший еще в русле планового обновления нормативной системы СанПин от 1997 г., запрещал переход к автономным источникам теплоснабжения, хотя Постановление № 18-11 прямо открывало дорогу поставщикам зарубежных тепловых модулей, предназначенных для мест с недоразвитой системой централизованного теплоснабжения.

Зарубежные строители, никогда не имевшие подобных объемов, не располагавшие развитой индустриальной базой, равной советской, - пользовались устаревшими технологиями, снятым с производства в СССР еще в начале 60-х годов прошлого столетия.

На подходах к российскому рынку непреодолимым барьером перед зарубежными строителями встало отечественное нормативное пространство, базировавшееся на четырех стратах: научно-технической, социальной, экономической и экологической. Зарубежные строители могли быть конкурентоспособными лишь в узком секторе отделки: подмазать, подкрасить и принести-подать. Это, извините, и были бы – рыночные отношения! Никак зарубежные строители не могли быть конкурентоспособными в отношении российских строителей, прошедших школу советского качества несущих конструкций.

Но российское правительство, на государственном уровне, взламывает собственное нормативное пространство, уничтожает собственную строительную отрасль, начиная со стадии проектирования, на уровне управленческих структур Госстроя крышует сползание всего производства к кустарным технологиям середины 30-х годов.

Что это напоминает? Да когда ночью предатели-бояре открывают ворота осажденного города… «Мышка бежала… хвостиком махнула…»…

* * *

Пробежимся вкратце по отнюдь неполному списку всех принятых с этого времени правительственных решений. Обратим внимание на растущую пропасть между словом и делом.

Государственная целевая программа «Жилище» (1993 г.), направленная на обеспечение реальной возможности строительства или приобретения жилья лицам со сред¬ними и низкими доходами.

При этом полностью прекращается финансирование строительства государственного и муниципального жилья, возникает негласная конъюнктура и регламентация выделения площадок под жилищную застройку, прекращает обновляться инженерная инфраструктура, начинается массовое возведение исключительно самого дорогого жилья – «элитного».

Указ Президента «О жилищных кредитах» № 1180 от 10.06.1994 г. определявший общий порядок предоставления гражданам кредитов на строительство, реконструкцию и приобретение жилья, на правовой основе Закон Российской Федерации «О залоге» (№ 2872-1 от 29.05.1992 г.) предусматривавшем обращение взыскания на заложенное имущество и продажу его с торгов.

Впервые государством предложено гражданину решить проблему за свой счет. При этом беспроцентные жилищные кредиты в период обвальной инфляции выделялись далеко не всем. В период остановки производства и затяжных инфляционных процессов – кредиты превратились в еще одну возможность для чиновников различного уровня поправить свои финансовые дела за государственный счет.

Кредитование в момент нарастающей инфляции вообще выглядит достаточно провокативно. Кроме того, такой вид кредитования сам по себе является прямой стимуляцией спроса при нулевой стимуляции предложения, о чем не могли не догадываться принимавшие эти меры лица. Стоило принять ряд неверных решений в производственном секторе, и катастрофа инфляции спроса уже неминуема.

В 1996 г. в рамках стремительно сходящей на нет целевой программы «Жилище» принимается подпрограмма «Свой дом», направленная на преодоление дефицита жилья за счет обеспечения семей собственными жилыми домами.

Такое решение жилищной проблемы в стране с острым дефицитом жилья несколько странно и необоснованно, поскольку строительство частных коттеджей обходится намного дороже, чем возведение многоквартирного дома. Очевидно, чиновники, «кормившиеся» возле программы «Жилище», решило вспомнить о собственных семьях.

В том же году, на фоне катастрофического ухудшения положения в жилищном секторе принимаются:

- Указ Президента РФ «О государственной поддержке граждан в строительстве и приобретении жилья» № 430 от 29.03.1996 г.;
- Постановление Прави¬тельства РФ «О предоставлении гражданам Российской Федерации, нуждающимся в улучшении жилищных условий, безвозмездных субсидий на строительство или приобретение жилья» № 937 от 03.08.1996 г.

В этих документах государство уже снимает с себя обязанность о полностью бесплатном снабжении жильем очередников, поставленных на очередь еще в советское время. В Постановлении Правительства предлагается механизм поддержки семей, которые имеют плохие жилищные условия и длительное время стоят в очереди на получение квартиры, - заключающийся в частичном финансировании покупки или самостоятельного строительства жилья.

С этими популистскими документами, приуроченными к президентским выборам 1996 г., заканчивается государственный подход к формированию жилищной застройки, стратегическому планированию развития населенных пунктов в увязке с развитием промышленности. Государство более не намерено осуществлять демографическую политику.

Федеральный закон № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» от 16 июля 1998 г. Потребность в улучшении жилищных условий, по оценкам 1998 г., испытывали около 30-40 млн. человек, или приблизительно каждый пятый гражданин России. Возможностями самостоятельно решить свои жилищные проблемы располагали не более 10% нуждающихся. Полностью лишенными таких возможностей, т.е. социально незащищенными, на начало 1998 г. были официально признаны более 40% граждан России.

Однако совершенно без учета объективных экономических факторов, государство решает полностью переложить решение жилищной проблемы, т.е. последствия собственной неудачной внутренней социальной политики, – на плечи граждан, сделав ипотечное кредитование основным направлением, развивая тем самым исключительно сектор спроса, не стимулируя предложение.

Изменилось не только жилищная политика государства. В связи с тем, что к руководству страной пришли политические авантюристы, случайные люди, - изменилось и само государство. При олицетворяющих его сегодня «первых лицах» государство и само стало не прочь спекульнуть на рынке недвижимости. На начало 1998 г. по России имелось 3,4 млн. кв. м жилья из государственного и муниципального жилищного фонда – не проданного по причине высоких цен.

Как реально снизилась покупательная способность большинства граждан за период реформ – каждый знает не понаслышке. На начало кризисного 1998 г. органами государственной статистики уже было зафиксировано, что 32% доходов всего населения РФ было сосредоточено у 10% самых высоко обеспеченных семей. При этом на 10% семей с самыми низкими доходами приходилось лишь 2,6% общих декларируемых доходов. После дефолта 1998 г. эта тревожная дифференциация усугубилась.

Как отмечал Я.Корнай в работе «Дефицит», потребность в жилье практически не насыщаема. Обычно выделяют четыре основные степени дефицитности жилья:

- абсолютный дефицит жилья, при котором ко¬личество квартир (можно к ним приравнять индивидуальные дома) меньше числа домохозяйств (семей и одиночек);
- структурный дефицит, когда структура жилищного фонда и семейная структура населения неадекватны друг другу (налицо недостаточная обеспеченность комнатами);
- качественный дефицит – неудовлетворенность качественными характеристиками жилища;
- дефицит комфортабельности связан с переходом к личному владению благоустроенным жильем с повышенной комфортностью.

По этой классификации России на момент начала реформ соответствовала вторая и третья степень дефицита. Однако уже к середине 90-х годов все «завоевания социализма» в этом плане были исчерпаны. Сегодня, когда на тысячу россиян приходится 369 квартир, Россия сползла до первой степени дефицита жилья, характерного для стран «с развивающейся экономикой». Разница лишь в том, что большинство этих стран находятся в куда более мягких и теплых климатических зонах.

При этом около пяти лет (1995-2000 гг.) на формирующийся рынок абсолютного дефицита выставлялся лишь товар, способствующий удовлетворению дефицитов качества и комфортабельности – Россия строила преимущественно элитное жилье.

Сегодня наиболее распространенным типом квартир в российских городах являются квартиры площадью 48—50 кв. метров, преимущественно построенные в советское время. По мнению экспертов ООН, учитывая, что средний размер российской семьи составляет около 2,85 человека, население России в основной своей массе живет в весьма стесненных условиях, поскольку стандарты ООН предусматривают не менее 30 кв. м на человека. Свыше 60% россиян проживает в одно- и двухкомнатных квартирах, плотность заселения состав¬ляет в среднем 1,2 человека на одну комнату при отсутствии, как правило, общей комнаты без спальных мест. В большинстве индустриальных стран минимальный уровень обеспеченности жиль¬ем составляет 40—50 кв. м общей площади на человека.

Некоторое улучшение показателей в жилищной сфере специалисты связывают с резким ухудшением демографической ситуации, убылью населения и сокращением населенных пунктов в сельской местности.

С 38 категорий льготников при развитом социализме, число этих групп вначале сократилось до 11, на сегодня – до 5 групп, одна из которых – «вынужденные мигранты».

Неблагоприятную обстановку с обеспечением граждан России жильем усугубляет постоянная миграция населения. В последние годы на территорию России в процессе миграции ежегодно прибывает порядка 0,3 млн. человек, а численность вынужденных переселенцев и беженцев в РФ с начала их официальной регистрации к 1 января 2001 г. достигла 808 тыс. человек.

Новый Жилищный Кодекс окончательно нивелировал права на жилье с правами на любое иное имущество не первой необходимости…

* * *

Подведем невеселые итоги разрушения государственной жилищной политики теперь уже при Ельцине… Придется с горечью констатировать, что с этим человеком у власти окончательно закрепились люди, не способные ничего создавать, не имевшие элементарных представлений о государственном управлении, не ставившие перед собою никаких масштабных задач, кроме узких интересов личного обогащения.

На своем 75-летнем юбилее Ельцин хотя бы для себя попытался сформулировать свою глобальную задачу. Не столько для народа, сколько для самооправдания он заявил, будто именно ему довелось освободить сограждан от тоталитаризма бывшего СССР. Так же, как и его ближайшее окружение, он абсолютно забыл, что пришел к власти в момент горбачевского безвластия, т.е. полной и абсолютной свободы, в тот момент, когда в СССР никакого «тоталитаризма» не было в помине. За первые три года (!) неожиданно для себя пришедшая к власти «команда» не сделала ничего, что кардинально бы отличалось от курса Горбачева. Сами «реформаторы» были настолько раздавлены свалившейся на них огромной свободой принятия любых решений, что вряд ли могли бы кого-то еще осчастливить «освободительными движениями». Страна неслась без руля и ветрил прямо в пропасть.

Свобода имеет и обратную сторону медали – свободу от всех обязательств. В не свободном от гражданских обязательств обществе никто не позволил бы устраивать подобные политические авантюры. Никакую свободу никому Ельцин не давал, поскольку по натуре приспособлен исключительно брать. Он пришел к власти на волне растущей социальной апатии и такого опьянения свободой, которое уже зашкаливало за красную отметку анархии.

Занимаясь собою, будущим своих близких, Ельцин и его команда задерживаться долго у власти в начале 90-х и не рассчитывали. Начались локальные региональные конфликты, но никаких правительственных решений не принималось вообще. Все органы власти и развивающийся предпринимательский сектор страны жили на законодательной базе, разработанной при социализме.

По сути, к управлению пришла прослойка тех, кто первым воспользовался данной в конце 80-х свободой частного предпринимательства. Но не из производственного сектора, а из пены «фарцы», «купи-продай» и рыночных катал. Сказанное можно отследить по подходам в государственном управлении, поскольку буквально один раз полученный куш прочно формирует штампы в дальнейших подходах к решению любых проблем на любом уровне.

1. С 1992 г. начинается бурный расцвет финансовых пирамид. Они пользуются поддержкой СМИ, масс-медиа и явно крышуются властью, утверждающей в этот момент, будто бы в УК РСФСР, действующем в этот момент, нет прямых указаний о незаконности подобной предпринимательской деятельности. Само отношение власти к гражданам, потерявшим деньги в результате массированной компании на государственных телеканалах, как к «лохам», наплевательское отношение к тому, что в обществе после вседозволенности подобного «предпринимательства» стремительно утрачивается доверие к государству – говорит о том, что и на вершине властной пирамиды, имея огромные рычаги в управлении, рыночный катала будет по старой привычке играть в наперстки.

2. Проведение «ваучеризации» в виде типичной «цыганской лотереи». Ваучеризация выявила, что страной управляют люди:

- не знакомые на личном опыте с иными моральными стимулами, кроме низменного стремления к наживе и немедленного желания «поделить все на всех»;
- не задумывающиеся о будущем страны на какой-либо минимальный срок, поскольку ваучеризация заранее лишала общественного достояния, накопленного в социализме, всех, рожденных после ее проведения;
- лучше других осознававшие собственную заурядность, поэтому исключительно опасавшиеся конкуренции со стороны собственных граждан; именно по этой причине перед приватизацией были заморожены вклады граждан в сберегательных кассах страны.

У власти собрались временщики, не способные прогнозировать последствия собственных решений даже на непродолжительный срок, не имеющие никаких задач, кроме личного обогащения. Сегодня можно с уверенностью сказать, что, захватив власть случайно, они не рассчитывали, что смогут удержаться в 1993 г., что им когда-либо придется отвечать в качестве ответственных лиц за все, что происходило в это время.

Здесь будет вполне уместной аналогия с большевиками в 1919 году, которые, не рассчитывая удержаться у власти, придя к ней столь же случайным образом, грабили страну подчистую, вывозя все ценности за рубеж. Подробнее об этом периоде можно прочесть в мемуарах Николая Бухарина, услышав в его воспоминаниях подготовки побега в Латинскую Америку всей тогдашней верхушки – множество отголосков пережитого Россией в 1993 году накануне расстрела парламента.

С ваучеризацией расцвели уголовные приемы, сдерживавшие развитие рыночных отношений и формирование конкурентной среды в предпринимательском секторе. С одной стороны, реформаторам требовалось остановить производство, дабы иметь возможность занизить рыночную стоимость приватизируемых предприятий и отраслей. Что в этот момент будет происходить с людьми, их не волновало. С другой стороны, верхушка ограждала себя от какой-либо конкуренции вообще начавшимися невыплатами заработной платы, «плодотворной» работой упомянутых выше финансовых пирамид, чтобы резко сократить сектор людей, способных составить конкуренцию при приватизации.

Даже в этих условиях новая власть не смогла полностью гарантировать себя от конкуренции с собственным населением в гонке за захват государственной собственности – без специального набора макроэкономических рычагов, подсказанных финансовыми советниками из МВФ. Правительство намеренно наращивает внешний долг, из оборота изымаются финансовые средства, в том числе и по пресловутым «чеченским авизо». Капитал вывозится в никем не контролируемых масштабах, напрямую по линии Сбербанка РФ, заморозившего вклады граждан. Сквозь пальцы за этим наблюдает Национальный банк РФ, занявшийся своими финансовыми пирамидами – ГКО. Это «увлечение» носило напрямую мошеннический характер, поскольку список эмитентов ценных бумаг имелся только в электронном виде, а на руках пресловутые ГКО никто не держал.

На территории России поощряется работа зарубежных «страховых» компаний, зарегистрированных в оффшорных зонах. В довершение принимается несбалансированное, заведомо непрозрачное налоговое законодательство, когда налоги выплачиваются уже с внесенных в бюджет отчислений, а напрямую из производства изымается ежемесячно более 53% оборотных средств под видом «социального пакета». Поскольку принятое налоговое законодательство было элементарно безграмотным, а потому заведомо невыполнимым, теперь по желанию властей преступником мог быть объявлен любой.

Несмотря на принятую правительством Горбачева программу «Жилье-2000», органы статистики СССР, действовавшие в прежнем русле государственной политики, констатировали, на основании данных по вкладам населения в сберегательных кассах страны, что на начало 1990 года 64% граждан страны могли решить жилищную проблему самостоятельно. После проведенного замораживания вкладов, длительного «сокращения денежной массы», невыплат заработной платы, пенсий и пособий на фоне прямого изъятия средств из производства в счет «социального пакета», - за пять лет сектор граждан, способных решить жилищную проблему самостоятельно, сократился до 23%, а еще через три года – до 10%.

Такого рода предпосылки сложились перед принятием в 2001 г. новой государственной жилищной программы теперь уже новым президентом…

принес SergeyD